- Эсадуллах оджа, в Крыму, как и в других регионах РФ, 14 сентября прошли выборы в органы исполнительной и законодательной власти. Общались ли вы с руководством республики после единого дня голосования? Как в целом происходит взаимодействие ДУМК с республиканскими властями?

- Непосредственно после выборов не общались, но наше взаимодействие проходит непрерывно, мы шаг за шагом совместно решаем наши насущные проблемы.

- Перечислите их, пожалуйста.

- Мы давно решаем проблему культовых зданий, оставшихся в муниципальной собственности. Есть много зданий, ушедших, к сожалению, в частную собственность. По законам и российским, и украинским все они, конечно же, должны перейти в собственность ДУМК, но пока нам не удалось этого добиться в полной мере и вернуть все наши здания. Ничего не изменилось и после вхождения Крыма в состав России. Но мы понимаем, что это переходный период, и продолжаем работу.

Вторая задача, решением которой мы в настоящее время заняты, - это интеграция ДУМК в правовое поле России. На данный момент мы зарегистрированы согласно украинскому законодательству. Примерно месяц назад в республике началась регистрация юридических лиц по российским правовым стандартам. Мы подали в министерство юстиции документы на регистрацию, потому что имеем общину в двух федеральных округах (Республика Крым и город федерального значения Севастополь - прим. ред.). К нашему уставу были сделаны кое-какие поправки, сейчас наши юристы дорабатывают его, вносят свои коррективы, то есть в данный момент мы плотно работаем с Минюстом.

После регистрации ДУМК как юридического лица начнется перерегистрация остальных духовных заведений, которые подведомственны нам или находятся в нашей собственности. То есть мы пока не говорим о какой-то дальней стратегии, но, с другой стороны, ничего не изменилось - те же учреждения, те же люди, служащие в них, те же отношения между нашими учреждениями, поэтому мы просто продолжаем нашу текущую работу.

- В чем он проявляется?

- Влияние Москвы сказалось хотя бы на деятельности нашего правительства, потому что теперь крымские чиновники принимают решения быстрее, включая те, которые связаны непосредственно с делами ДУМК. Муфтий Равиль Гайнутдинов своими действиями способствовал ускорению многих рабочих процессов, во многих вопросах он солидарен с нашим муфтием Эмирали Аблаевым.

Я пока не вижу каких-то глобальных успехов, но и расхождений нет, то есть Духовное управление мусульман России видит ДУМК в качестве единственного духовного учреждения Крыма, выражающего интересы мусульман полуострова. Такие заявления прозвучали, это важно.

- С какими регионами ДУМК сегодня работает наиболее активно?

- Позиция муфтия выражена четко: мы открыты диалогу со всеми лидерами российских мусульман. Все конструктивные предложения, касающиеся материальной или моральной помощи, помощи в строительстве, реставрации мечетей, мы готовы рассматривать и принимать совместные решения.

За эти полгода Крым посетило достаточное количество российских муфтиев, все они предложили свою помощь, и сегодняшнее наше взаимодействие с Духовным управлением мусульман европейской части России (ДУМЕР, ныне преобразована в ДУМ РФ - прим. ред.) положительно развивается.

Что касается других регионов (казанский муфтият, кавказские муфтияты), мы тоже готовы сотрудничать с ними в равной степени. Мы вступили в новое правовое поле, в котором есть множество нюансов, и мы имеем сейчас недостатки, которые надо исправлять в кратчайшие сроки. В этом, конечно, нам понадобится опыт наших братьев, российских мусульман. Мы изучаем их опыт, чтобы потом определить, чья конкретно модель развития больше всего подойдет с учетом крымских реалий.

- Расскажите про обыски в мечетях, о которых постоянно сообщают в СМИ.

- Обыски можно разделить на две части. Вначале проверки проходили по всей территории Крыма, вне зависимости от национальной или религиозной направленности учреждений.

- А что искали?

- В России есть список запрещенной литературы, наличие которой и выявляли спецслужбы в образовательных и культурных учреждениях полуострова. Это все было понятно, люди нормально восприняли действия правоохранительных органов.

Второй вид обыска оказался менее понятен. Это когда в шесть утра в жилые дома входят люди в масках, застают врасплох спящих людей и так далее. Власти нам ответили, что будут над этим работать, найдут виновных.

Мы понимаем, что Крым - это новый регион, перекосы возможны. Понимаем, что надо нас проверить и так далее. Но почему они проводятся только в домах мусульман?

- Эти обыски проводятся только в домах мусульман?

- Да. Действительно, в ходе обысков были задержаны активисты тех или иных религиозных организаций. Но разница заключается в том, что представитель той или иной религиозной секты морально готов, что к нему придут, а обычный гражданин спит спокойно, и когда к нему в дом так грубо врываются люди в форме, он приходит в шоковое состояние. Память о сталинских репрессиях, как известно, свежа в среде крымских татар.

- Какую правовую норму нарушает гражданин, хранящий у себя определенные книги?

- Дело в том, что запрещено хранение определенной литературы с целью распространения, а не ее хранение в единичном экземпляре. Но это запрещено российским законом, а не украинским. Человек покупал ту или иную книгу, будучи гражданином Украины, и спокойно хранил ее у себя дома. А тут государство поменялось, власть поменялась, законы поменялись, и теперь эта книга вошла в список литературы экстремистской направленности, ее находят, изымают, но это полбеды. Главные трудности начинаются как раз после изъятия этих книг - все эти вызовы на допросы, беседы с представителями правоохранительных органов и так далее. Хотя человек ничего противозаконного не сделал или не помышлял сделать.

Это плохо, потому что градус напряжения в крымско-татарском обществе только-только начал падать, мы только начали принимать существующую реальность - что живем в другой стране и в ней, в принципе, вполне себе можно жить.

###

- Зачем России Крым?

- Мы знаем, что Крым всегда был для России крайне важной территорией, за которую она всегда боролась. Одно время полуостров был российским, здесь всегда был размещен российский Черноморский флот, да и, по сути, Крым всегда оставался российским, даже в бытность Украины. Мы не видели Украины в Крыму - здесь только что рубль не был пущен в обращение.

- Крымские татары участвовали в выборах 14 сентября?

- Явка на выборы в Крыму составила около 46%, что говорит само за себя.

- Насколько активными были контакты ДУМК с Киевом за последние 20 лет?

- Активных взаимоотношений не было, все решалось в рабочем порядке. У нас всегда были проблемы с появляющимися одна за другой сектами, которые изрядно вредили мусульманам Крыма, на что мы неоднократно обращали внимание властей.

- Что вам тогда отвечали?

- Нам говорили, чтобы мы не волновались, ибо все под их контролем: они знают, что происходит, они контролируют ситуацию, и они знают, что угрожает  миру, а что нет. То есть фактически мы не были услышаны.

Но это не значит, что все было безоблачно, тогда мы были буквально окружены сектами. Только благодаря мудрой политике ДУМК провокации, создаваемые сектами, не привели к массовым столкновениям или междоусобице. Деятельность ДУМК была больше направлена на просвещение мусульман, не входящих в секты. Мы перестали спорить с ними, понимая, что это бесполезно, и принялись обучать исламу тех, кто им интересовался. Мы принципиально не вступали с сектами в конфликты, что, кстати говоря, сильно раздражало многих, а действовали по принципу «собака лает, караван идет» и правильно делали: мы избежали культивации ненависти, эскалации насилия, убийств священнослужителей, терактов и так далее. Наша антисектантская деятельность имела больше просветительский характер: издание книг, освещающих пагубность этих течений, и популяризация традиционного ислама.

- На Ваш взгляд, что будет с меджлисом?

- Крымские политики говорят о желании сохранить меджлис и курултай и найти ему место в правовом поле России. То есть это борьба не с меджлисом, а с отдельными его представителями, радикально настроенными.

Я надеюсь, что со временем все наладится, потому что, на мой взгляд, сотрудничество с меджлисом принесет больше результатов, чем попытка выдавить его из политической и социальной жизни Крыма. Только представьте: за 20 лет крымско-татарский народ без всякой поддержки, финансирования выработал форму самоуправления! Это уникальный случай, в России нет ничего подобного ни в одном регионе, наш опыт можно использовать.

- Турция по-прежнему контактирует с Крымом?

- Турция заявляет о своей помощи Крыму, она говорит, что крымские татары - это братья турок, что они будут всегда помогать нам. И эти договоренности с Москвой, кстати, есть у Анкары. Это и хорошо - братский народ, почему нет. Единственная проблема заключается в том, что в наших духовных учреждениях работали турецкие служители, и сейчас мы не можем им продлить сроки пребывания. Турция, как известно, пока не признала Крым российской территорией, поэтому она не может решить вопросы с визами для своих граждан. Так же и мы не можем официально никуда обратиться, не имея регистрации юридического лица, поэтому наши турецкие сотрудники ввиду истечения срока вида на жительство вынуждены покинуть Крым.

- Своих кадров нет?

- Своих кадров достаточно. За последние 15 лет у нас довольно успешно действовали несколько крупных медресе, которые являются кузницей кадров. Но школы-медресе имеют проблемы с финансированием, существуя фактически лишь на подаяния прихожан и меценатов. Тем не менее мы работаем над изысканием средств, сотрудничаем с фондами, заключаем договоры. Сейчас налаживается сотрудничество с Фондом поддержки исламской культуры, науки и образования. Уже есть совместные проекты, такие как «Гаспринские чтения» и празднование 700-летия мечети хана Узбека. Да и имамов, способных занять места служителей из Турции, у нас достаточно.

- Опишите, пожалуйста, этнический состав мусульман Крыма.

- Подавляющее большинство - крымские татары. Но есть и другие народы: азербайджанцы, казанские татары, турки-месхетинцы, арабы. Они интегрированы в крымское сообщество и никак не выделяются, не требуют каких-то особых привилегий. Мы же ведем статистику по прихожанам, не особенно разделяя их по этническому принципу.

- Расскажите, пожалуйста, о празднике Дервиза, который значится в народном календаре крымских татар 22 сентября.

- Это народный праздник, появившийся в доисламский период, с исламом никак не связанный, хотя и не противоречащий нашей религии. Как известно, ислам сохраняет все красивые и дозволенные в рамках шариата традиции народа, искореняя те, которые противоречат закону Бога. Поэтому в мире столько разных мусульман: они одеваются, питаются и живут по-разному, говорят на разных языках, живя в разных частях света, но их объединяет ислам. И потом в нашем представлении все культуры и религии мира создал Бог. Поэтому Пророк говорит: если сын черной рабыни станет вашим предводителем, вы должны подчиняться ему и не говорить «да кто он такой», «это низшая каста» - у нас в исламе все равны. Поэтому мы относимся к народным праздникам толерантно. И Дервиза, и Хыдырлез являются частью крымско-татарской культуры, они никак не противоречат исламу.

- Участвует ли ДУМК в оказании помощи украинским беженцам?

- Иногда мы участвуем в оказании помощи беженцам-мусульманам. Но пока у нас нет материальной базы, чтобы оказывать достойную поддержку. Мы отправляем запросы в Госкомнац и другие учреждения, которые призваны решать эти проблемы. Хотя стараемся так же участвовать по мере возможности.

 

Беседовала Алевтина Шаркова