- Вадим Леонидович, расскажите, пожалуйста, как был создан заповедник.

- До 1990 года Ханский дворец, Чуфут-Кале, Мангуп, Эски-Кермен, Качи-Кальон и другие объекты культурного наследия Крыма числились как отдельные памятники. Затем они были объединены, на их базе был создан Бахчисарайский историко-культурный заповедник, куда входит 138 памятников, расположенных в Бахчисарайском районе, а также на административной территории Севастополя.

До 2011 года мы получали частичное бюджетное финансирование из Симферополя, потому что заповедник относился к категории региональных - не национальных. С 2011 года из-за отсутствия бюджетных средств финансирование было прекращено, и мы жили на те деньги, которые получали за оказание платных услуг, то есть на то, что сами зарабатывали.

- Сколько вы зарабатывали в среднем?

- Порядка 15-16 млн гривен в год (около 50 млн рублей - прим. ред.). Из этой суммы около 10 млн гривен уходило на заработные платы сотрудникам, пенсионные начисления и т.д., потом на охрану, коммунальные платежи и т.д. В результате оставалось около 1,5 млн гривен, которые нужно было распределить на реставрационные работы, а это очень сложный процесс.

- С какими трудностями Вы столкнулись, когда заняли руководящий пост в администрации заповедника в 2011 году?

- Первое, чем я занялся, когда пришел сюда, это оформление документов на землю. Дело в том, что вплоть до 2011 года земля, на которой расположен заповедник, не была оформлена. Например, территория Ханского дворца находилась на городской земле, а когда в 2012 году мы получили акт на землю, ей присвоили категорию «земля историко-культурного значения», то есть это особо ценная категория земли, и цена на нее, соответственно, повысилась. И требования к охране, разумеется, тоже.

При этом земля перешла в пользование администрации заповедника, которая уже имеет право зонировать эту территорию, создавать условия для нахождения на ней, например, сделать вход на территорию заповедника платным, чтобы здесь не было посторонних, и т.д.

Также мы получили несколько госактов на землю по пещерным городам и другим нашим памятникам. Сегодня задача заповедника - получение госактов на землю по всем объектам культурного наследия.

Кроме того, мы занимаемся оформлением паспортов на памятники, а также переоформлением охранных обязательств - нам нужно войти в реестр РФ и действовать в соответствии с российским законодательством.

- Поменяется ли статус заповедника в связи с переводом его деятельности в правовую зону России?

- На сегодняшний день наш заповедник остается заповедником регионального значения. В России аналогичные заповедники разделяются на три категории: федерального значения, регионального значения, куда мы попадаем, а также муниципального значения. В законах РФ прописано, что вопросы, связанные с организационно-правовой формой, полномочиями администрации заповедника и т.п., решаются следующим образом: деятельность федеральных заповедников определяется федеральным законодательством, региональных - региональным, муниципальных - муниципальным законодательством. В данный момент мы получили пока проект регионального закона о музеях и музейном фонде. Изучаем проект для внесения предложений.

- Может ли Бахчисарайский заповедник принимать пожертвования физических или юридических лиц?

- Да, вполне, согласно законодательству мы имеем право иметь благотворительные счета.

По факту на сегодняшний день реальную помощь заповеднику оказала Республика Татарстан, и мы очень благодарны коллегам за это! Когда был принят федеральный конституционный закон о вхождении Крыма и Севастополя в состав России, Украина обнулила наши счета, а у нас на балансе числилось порядка 14,5 млн рублей, то есть Киев их удержал. А людям надо было платить зарплаты. И в этот момент - буквально в течение суток - отреагировала Казань, в частности, премьер-министр Татарстана Ильдар Шафкатович Халиков. Был заключен договор, и нам перечислили средства на заработные платы сотрудникам.

Кроме того, буквально через два дня Татарстан мгновенно отреагировал на наши проекты по ремонту электросетей - это наша насущная проблема. Мы представили проект монтажа электрических сетей и системы пожаробезопасности, один из татарстанских благотворительных фондов выслал нам в качестве благотворительной помощи 6 млн рублей. Мы эти деньги не трогаем, они остаются на счете, потому что в данный момент идут поиски подрядчика, который качественно и в срок выполнит эти работы.

- Как начался туристический сезон?

- Не очень удачно. Основной штат заповедника состоит из 176 человек, и ежегодно мы увеличивали его едва ли не на 100 человек в весенне-летний период. В сезон нам всегда дополнительно были нужны кассиры, контролеры, охранники, экскурсоводы и т.д. В текущем году, на начало сезона, мы резко ограничили набор временных сотрудников.

- Почему вы делаете такие выводы? Лето, по сути, едва началось...

- У нас туристический сезон начинается с майских праздников - это дни насыщенного турпотока. В этом году в мае мы приняли в 2-2,5 раза меньше туристов, чем обычно. И сейчас их тоже мало. На других объектах аналогичная ситуация: например, в санатории «Утес» (в районе горы «Медведь», Алуштинский район - прим. ред.) в майские праздники из 380 «посадочных мест» было занято не более 30. Это не очень высокие показатели, что весьма настораживает.

- Из каких стран шли основные туристические потоки?

- Из разных стран. Порядка 20 тыс. туристов прибывали из стран Европы и Азии. Сегодня этот сегмент утерян - европейцев не было в эти майские праздники, украинцев - единицы. Россияне, насколько я понимаю, хотят приехать, но не все могут, потому что существуют определенные трудности с переездом.

У нас активный сезон начинался всегда примерно с середины июня. Безусловно, мы надеемся, что где-то в 20-х числах месяца туристы все же начнут к нам прибывать, ведь мы фактически живем на деньги, которые зарабатываем в сезон.

- На Ваш взгляд, насколько активно крымские татары изучают сегодня свой язык?

- По моим наблюдениям, во многих крымско-татарских семьях детей учат языку с ранних лет. Старики тяготеют к крымско-татарскому языку, они, собственно, и занимаются с внуками. В последние годы в Крыму появилось несколько крымско-татарских коллективов - танцевальных, песенных и т.д. В позапрошлом году я пригласил преподавателя, чтобы сотрудники заповедника знали хотя бы основы крымско-татарского языка.

- Зачем?

- Здесь находится много экспонатов, которые сложно охарактеризовать и описать без знания языка. Да и работа в Ханском дворце погружает человека в культуру крымских татар, как тут не интересоваться языком?

- На Ваш взгляд, Киев уделял должное внимание крымско-татарскому вопросу?

- Я не очень хорошо владею этой темой. Знаю лишь, что за последние 20 лет открывались школы, реставрировались и строились мечети. Не могу с уверенностью сказать, что они финансировались из государственного бюджета, скорее всего, на средства частных лиц, в том числе из Турции - этими вопросами занимался меджлис.

Что касается межнациональных отношений, никто на полуострове никогда не притеснялся, все спокойно жили.

 

Беседовала Алевтина Шаркова