- Ремзи Ильясович, прошло три с половиной месяца с момента вхождения Крыма в состав России. Как крымские татары оценивают эти события сегодня?

- В большинстве своем внутреннее состояние крымских татар в нынешней ситуации остается тревожным. Беспокойство и озабоченность усиливает также ряд исторических событий, о которых стали чаще вспоминать и комментировать в СМИ. В частности, это ликвидация государственности крымских татар, Крымского ханства в 1783 году, а также, к великому сожалению, беспощадная и поголовная депортация в 1944 году тоталитарным режимом. Исходя из этого, соответственно, с усилением начали проявляться национальная боль и перенесенные страдания.

В тоже время надо понимать, что отношение крымских татар к русскому народу, как, впрочем, и к украинскому, и ко всем другим народам было и остается всегда ровным и уважительным.

Также не секрет, что у крымских татар происходящие процессы вызывают чувство беспокойства от неопределенности в вопросах, касающихся решения политико-правовых, социально-экономических, культурных и других проблем, связанных с адаптацией и интеграцией депортированного крымско-татарского народа. В частности, обеспечения жильем, возращения оставшихся соотечественников из мест депортации, трудоустройства, получения и продолжения получения образования, начисления и выплаты пенсий, пособий, признания прав собственности, перспектив развития малого и среднего бизнеса, создания и модернизации социальной инфраструктуры (водоснабжение, электрификация, газоснабжение, строительство школ, дорог и другое).

Этому способствовали реальные исторические события процесса возвращения крымских татар из мест депортации во время развала СССР и строительство нового государства - Украины, когда наш народ столкнулся с проблемами безработицы, отсутствием необходимых бытовых условий в местах компактного проживания, которые приходилось решать на протяжении 23 лет, в большинстве своем самостоятельно.

- Из СМИ складывается ощущение, что крымские татары тяготеют к Киеву. Почему?

- Это лишь первоначальное восприятие ситуации, в действительности дело обстоит сложнее.

С одной стороны, возвращение крымских татар на свою историческую родину связано все-таки с Украиной. Определенную помощь Украина оказывала в вопросах обустройства и социально-культурного развития. Но главное, что к 2005 году в Украине сформировалась основа для усиления темпов демократизации и построения гражданского общества. Можно сказать также, что полностью осуществлялась свобода слова, налицо были все условия для отстаивания своих прав и интересов с привлечением широких слоев общественности и международных организаций. Крымские татары с Украиной пережили трудный период становления молодого независимого украинского государства.

С другой стороны, имели место и коррупция, непрофессионализм, непоследовательность, которые особенно начали проявляться в конце 2010 года. В отношении крымских татар была организована системная борьба, проблемы обустройства, реабилитации и восстановления прав крымских татар не решались, а наоборот... Усиленно проводилась люстрация национальных кадров по этническому признаку, утвержденные программы финансирования практически не выполнялись, проблемы, связанные с получением гражданства и расселением вновь прибывающих, блокировались. Можно перечислять и перечислять.

- Действительно ли в результате проведения референдума 16 марта обстановка в крымском обществе была крайне напряженной?

- Да. Ситуация была чрезмерна напряжена и политизирована. Более того, в начале марта она была на пороге прямого противостояния. Люди боялись выходить из своих жилищ. В тот опасный период крымские татары сделали все, чтобы не пролилась кровь. Ими было организовано множество мирных акций с участием женщин и детей, на которых звучали призывы не допустить войны, кровопролития, противостояния людей по этническому признаку.

Во избежание провокаций в местах компактного проживания крымских татар были созданы группы охраны правопорядка, обязанностью которых были несение круглосуточного дежурства, выявление личности незнакомых людей, появившихся в поселках, и недопущение взаимных оскорблений, способствующих перерастанию в межэтнические конфликты.

- Как складывались отношения крымских татар с местными жителями после возвращения в Крым в 1990-е?

- До 1989 года, а это 55 лет с момента депортации, крымским татарам был запрещен въезд на территорию Крыма. Тем временем населению полуострова рассказывали всякие небылицы о нас, что, мол, мы здесь творили всякие жестокости, поджигали дома и людей, ходили с огромными ножами и так далее. В результате у населения формировались определенные стереотипы. Естественно, когда крымские татары начали возвращаться в Крым, местные встречали их, мягко говоря, недружелюбно, относились с тревогой. Затем - распад СССР, и мы оказались в одном государстве - Украине. В Крыму около 60% местного населения составляли русские, 24% - украинцы, но назвать их в полной мере украинцами тоже сложно, они все же ближе к русскоязычному населению.

Крымские татары на своей исторической родине в меньшинстве, и они снова должны были адаптироваться. Не скажу, что в Крыму за эти 23 года были серьезные межэтнические конфликты... Наверное, правильнее было бы сказать, что сохранялась некая стабильная напряженность, которая временами перерастала в массовые недовольства и акции в связи с нерешенными проблемами и игнорированием прав крымско-татарского народа.

###

- Как Вы думаете, почему Путин подписал указ о реабилитации репрессированных народов Крыма? Насколько сложно это было сделать юридически?

- Указу Президента РФ предшествовал ряд политических решений. Во-первых, постановление Верховного Совета СССР 1989 года, согласно которому с крымских татар сняли все обвинения и разрешили свободно перемещаться по стране. В 1991 году Борис Ельцин издал указ о реабилитации репрессированных народов, проживающих в РФ. В России на тот момент проживало порядка 50-60 тыс. крымских татар, которые уже воспользовались этим и имеют на руках соответствующие удостоверения, являющиеся основанием для получения преференций как репрессированного согласно действующему законодательству РФ.

Другая ситуация сложилась в Украине. На протяжении 15 лет мы плотно занимались тем, чтобы Верховная Рада Украины приняла закон Украины «О восстановлении прав лиц, депортированных по национальному признаку». Однако все наши усилия и убеждения в необходимости срочного принятия этого закона так и остались тщетными.

Более того, как я указывал выше, с 2010 года Киев вообще, можно сказать, практически не решал проблемы депортированных по этническому признаку, как вопросы финансирования, так и другие принципиальные, фундаментальные вопросы. Проблемы накапливались, а когда их становилось слишком много, власти сетовали на недостаточность средств и отсутствие закона. Кстати сказать, это при том, что, по словам, например, одного из президентов Украины, Л.Д. Кучмы, самыми истинными украинцами в Крыму являются крымские татары.

- Киев не решал эти вопросы, потому что денег в казне не хватало?

- Теперь это даже смешно. На весь мир Украина «прославилась» безобразиями в финансовых институтах, отмыванием денег во время тендерных процессов, прямой коррупцией во всех сферах материального и нематериального производства.

Что такое 60 млн гривен при бюджете страны в 480 млрд? Я не обвиняю Украину в целом, украинцев. Я с большим уважением отношусь к Украине и надеюсь, что не поменяю мнения. Я возмущаюсь руководителями государства, которые не выполняют взятые на себя обязательства. Крымские татары в своем большинстве были добросовестными налогоплательщиками.

Приведу простой пример. Когда мы вернулись в Крым, нам никто не помогал, мы сами решали свои насущные проблемы, сами искали землю, сами строились - нам никто ничего не выделял. А про нас говорили: крымские татары устраивают самозахваты! Я лично «захватывал» земли, а иначе не смог бы перевезти своих родителей из Узбекистана. Посмотрите на меня, какой я преступник-чиновник, а захватывал земли. Но выхода не было.

Не думаю, что у Киева не было для нас денег - все это вопрос желания. Есть проблема - это проблема государства, и государству надо ее решать. А когда нам говорят о настроениях политических сил - вот здесь, мол, левые против, а здесь правые, - это говорит лишь о нежелании власти решать эту проблему. Ну что Киеву стоило реабилитировать крымских татар? Отмечу, что это не проблема крымских татар, украинцев или русских, это проблема государственная, и решать ее надо было государству.

- Как Вы сейчас работаете с Москвой? Издан указ о реабилитации. Что дальше?

- В этом документе, с точки зрения крымских татар, имеются некоторые шероховатости. Однако президент России В.В. Путин сказал нам на встрече, что это не окончательный вариант указа, что на его основе можно принимать решения, необходимые для полной реабилитации и восстановления прав крымских татар, - вот, собственно говоря, чем мы будем заниматься. В первоочередных мерах стоит утверждение федеральной программы обустройства депортированных по национальному признаку на период до 2020 года, объем финансирования которой предварительно составляет около 15 млрд рублей.

Я также полагаю, что мы будем делать все от нас зависящее, чтобы реабилитация крымско-татарского народа была и культурная, и политическая, и правовая. Также я желал бы, чтобы мы более активно включились в формирование законодательного поля Крыма, с учетом специфики, особенностей и исторических традиций. При этом очень важное значение имеет понимание ситуации центром. Если Москва осознает ситуацию и будет также последовательно выстраивать отношения, то уверен, что многие внутренние проблемы Крыма будут решены.

- Кстати, когда мы увидим таблички и указатели в Крыму на крымско-татарском языке?

- Я не думаю, что власти сознательно тормозят этот процесс. Никто не говорит нет, просто сейчас немало и других не менее значимых общекрымских проблем, которые требуют безотлагательного решения. Но надо, конечно же, этим заниматься, в том числе нашему депутатскому корпусу, который представляет интересы крымско-татарского народа, и мне в том числе. Кстати, правовые акты на сегодня печатаются на трех языках, просто мы хорошо знаем русский язык и чаще им пользуемся в повседневной жизни. Но на первом этапе, думаю, в Крыму надо перейти к использованию трехъязычных указателей географических названий с историческими топонимами на крымско-татарском языке.

- Что будет с Меджлисом, по Вашему мнению?

- Самое важное в этом вопросе - это осознание реалий, в которых фактически оказались стороны. Речь о ликвидации Меджлиса и Курултая идти не может. Сегодняшняя ситуация, на мой взгляд, диктует нам необходимость поиска механизма введения органа национального самоуправления крымско-татарского народа в правовое поле России на основе конструктивного диалога. Украина не смогла предложить форму формальной легализации Курултая и Меджлиса.

Я лишь обращу ваше внимание на то, что если люди самоорганизовались и говорят там о совершенно нормальных вещах, обсуждают проблемы своего народа, предлагают пути их решения, то государству определенно легче взаимодействовать и решать проблемы крымско-татарского народа.

- Ремзи Ильясович, когда гражданская активность крымских татар перейдет в созидательное русло, на Ваш взгляд? Как известно, позиция многих представителей Ваших соотечественников по отношению вхождения Крыма в состав России была очень эмоциональной.

- Жизнь научила нас ко всему относиться сдержанно и осторожно. Крымские татары на протяжении десятилетий ощущали на себе давление власти, они убедились в том, что не всегда власть выполняет обещанное, поэтому необходимо очень эффективно и в самые короткие сроки сделать те шаги, о которых было заявлено властями, чтобы это были не просто декларативные заявления, а реальные действия.

Вместе с тем в этих вопросах не менее важное значение имеют процессы внутри общества самих крымских татар, в частности, касающиеся структуры национального самоуправления крымско-татарского народа, то я считаю недопустимым персонифицировать коллегиальный орган.

Именно по этой причине мы вообще не принимали участия в разработке конституции Республики Крым, несмотря на то что группой моих коллег были выработаны предложения. Конечно, у нас не было уверенности, что они были бы приняты, но мы должны были воспользоваться трибуной Государственного Совета Республики Крым и открыто заявить нашу позицию, искать компромиссные решения. Мои коллеги об этом неоднократно говорили: в судьбоносный период для крымско-татарского народа целесообразно было бы более активно и настойчиво использовать испытанные методы влиятельного посредничества, которое способствовало бы договоренностям и стремлению найти взаимопонимание.

Что касается предстоящих выборов в депутаты Государственного Совета Республики Крым и муниципальных образований, отмечу, что крымские татары не должны оставаться пассивными наблюдателями на своей исторической родине. Пока проходит своего рода притирка, оценка сложившейся ситуации и анализ возможных вариантов действий. Одно могу сказать сегодня, что отстраняться на годы от участия в процессах нельзя. В противном случае это грозит также усилением проявлений противостояния людей по этническому признаку.

У нас есть возможности в развитие указа поэтапно решать накопившиеся проблемы. Нас приглашают совместно работать, и мы обязаны проявить активность, думать о людях, о каждодневных проблемах, с которыми они сталкиваются.

 

Беседовала Алевтина Шаркова